1 год на форуме 1000 просмотров Все
Награды
1 год на форуме
1 год на форуме
1000 просмотров
1000 просмотров
С.п.а.й.совая наркомания грозит стать главной проблема Якутска
  3989
Я уже как-то писал здесь о том, как у знакомых сын попался на *****е. Все бы ничего, но парочка событий заставила меня еще раз обратить внимание на проблему.

В сентябре встретил хорошего приятеля, которого не видел очень давно, по причине... в какой-то момент он просто начал избегать меня. Потом про него начали ходить всякие неприятные слухи. И как оказалось, реальное положение вещей намного хуже, нежели самый страшный слух. Человек спустил на "легалку" не только семью и квартиру, но и собственную личность. То, что стояло передо мной в тот день - это был не тот человеке, которого я знал, это была просто оболочка, которая просила у меня в долг полторы тысячи рублей.

Зашел к знакомым, у которого сын попался на *****е. Там пришлось подключиться неврологу, но вроде как дело идет на поправку. Вроде как... И тут я его отцу предложил глянуть на компе историю, и это не вмешательство в чью-либо жизнь, а забота и осторожность. И то, что мы нашли, буквально повергло нас в шок.

Существует огромный портал о существовании которого соответствующие органы просто не могут не знать. Там расписана Россия по регионам, и у нас в Якутске процветают. ДА-ДА, именно ПРОЦВЕТАЮТ несколько служб, которые работают чуть ли не круглосуточно. Какие-то акции, скидки, довольно большой ассортимент товаров, все присущее обычным магазинам... И на форуме отписываются с сотню каких-то наркоманов, обсуждают качество услуг, спорят и так далее, и все они из Якутска. Наркобарыги оставляют свои скайпы, мол, добавляйтесь, и все покупки наркотиков проходят через скайп. Деньги им переводят через киви. Потом, как я понял, "клиенту" дают адрес тайника, где лежат наркотики, он идет туда и подбирает их. Тайники эти разбросаны по всему городу в самых разных местах, и разбрасывают их курьеры, которых нанимают там же прямо на сайте – так и пишут, требуются закладчики в городе Якутск, оплата достойная… Мерзость! Я уже пообщался с знакомым юристом о том, что можно делать, он только развел руками - наш якутский УФСКН не может закрыть российский сайт, у него просто нет таких полномочий, а для блокировки доступа через провайдеров – это тоже решается на федеральном уровне. Чтобы бороться с таким, федералы должны дать больше полномочий республике. Даже поймав наркомана или там курьера с кучей наркоты, полицейские зачастую их попросту отпускают, потому что их продукция "легальная". Как так?! А вот – оказывается, состав синтетических наркотиков постоянно меняется по мере обновления списка запрещенных веществ. Запретили одно вещество – синтезируют другое с немного измененной формулой, и на год-два это абсолютно легальная "курительная смесь"… Для меня, обычного семейного человека, стало настоящим шоком то, что существует еще один Якутск - синтетический. Он огромный, мрачный и безнадежный. Я не собираюсь кого-либо осуждать, мол, ФСКН плохо работает, но призываю горожан к личной сознательности.

Кто-то закидывает на киви-кошелек не одну тысячу рублей. Кто-то в подъезде ковыряется в дверных косяках или щитке. Кто-то под домом обдирает с труб всю стекловату. Кто-то бегает слишком настойчиво из подъезда в подъезд. В подъезде по вечерам собирается молодежь и раздается странный запах. За картофельным ящиком нашли обрезанную пластиковую бутылку.

Все это тревожные знаки и стоит обратиться в полицию. Мы можем жить, не обращая внимание на темные стороны города или же проявив сознательность, возможно, спасем здоровье и разум соседского ребенка, например.
Тема заблокирована в связи с длительным отсутствием новых сообщений.
Ответов 73
  • все так и замялось?
    28 октября 2013
     

    а че насчет группового изнасилования подростками? там как раз фигурировала эта дрянь

    0
  • йцу!
    28 октября 2013
     

    в суб вечером прошвырнулись по магазинам. были в шоке. очень много неадекватных молодых людей

    возле тц, крупных магазинов рынков в автобусах. такое чувство было как будто мы в другом городе. странное агрессивное поведение молодых парней удивило и испугало. и эти люди не были пьяны. обкурены или обдолбаны.

    0
    • Просто_Гречка
      28 октября 2013
       

      Я вот уже склонен полагать, что рост уровня агрессии и неадекватного поведения у молодежи...

      ... так или иначе связан с, как оказалось, популярной синтетикой.

      0
      • Волосатик
        28 октября 2013
         

        а рост реально прослеживается?

        это объективно?

        0
        • iwannaknow
          28 октября 2013
           

          Раньше были смс-службы наркодилеров, торгующих *****ом, сейчас они перешли в интернет, в подполье, делают дела тихо, вот и кажется, что все в порядке.

          Неудивительно, что ***** тихо-скрытно распространился по всему городу.

          0
        • Просто_Гречка
          28 октября 2013
           

          Насчет объективности насчет роста не могу сказать точно.

          Но субъективно, глядя на ветки форума продавцов за сотню страниц, складывается впечатление что ***** более чем популярен.

          0
  • Appos
    28 октября 2013
     

    я через киви кошелек на ВоТ закидываю

    0
    • Охотник88
      28 октября 2013
       

      Эта курительная смесь давно стала проблемой.

      0
      • Просто_Гречка
        28 октября 2013
         

        Вот здесь Вы утверждаете, что курительные смеси давно стали проблемой.

        И проблема эта не решается, судя по всему.
        А у Вас все стеб, хихиньки да хаханьки.
        Я лишь просто призываю людей не оставаться безучастными и при подозрениях на употребление и продажу сообщать по телефону 21-12-12. Не зря же этот номер УФСКН рекламирует.

        0
  • регион14
    28 октября 2013
     

    Ага стремная фигня.

    У меня монтажниками молодые пацаны работают, со многий растался именно по этой причине.
    В чем кайф от этой фигни хрен поймешь. Вон по молодости травкой баловался. В компании покурили, поржали, домой пришел - пожрал и все. В одного даже мысли не было накуриться. А эту дрянь курят, нюхают в одиночку. При чем как мне описывали после короткой эйфории наступает жуткий депресняк, мания преследования. Один на ходу из машины выпрыгнул, ему показалось что его друг, такой же торчок убить хочет. Другой потерялся, на работу не вышел, на звонки не отвечал. Приехал к нему домой, мама его дверь открыла, а он из комнаты выйти боится. Саша что за фигня? Я боюсь, меня грузят. Кто тебя грузит, давай разберемся? Выясняется что его сосед спросил чья машина. Этому по наркоманской фигне почудилось что его за какие то столетние косяки на машину разводить будут.
    И кстати все торчки на 100% уверены что торговлю через терминал держит наркоконтроль. Типа и бабки поднимают и когда нужно пару торчков возле закладки задержат вот и раскрываемость.

    0
    • Волосатик
      28 октября 2013
       

      что за хрень?

      ту что ребята под язык себе насыпают?

      0
  • всем миром
    28 октября 2013
     

    не логично

    Цитата:
    Все это тревожные знаки и стоит обратиться в полицию.

    сам знаешь и пишешь, что полиция не сможет ничего предъявить потребителям наркохимии и тут же призываешь обращаться в полицию чё к чему?

    считаем, это прямая озабоченность президента республики и народных депутатов госсобрания ил тумэн.

    если рядовые якутяне видят картину бедствия у себя на родине, власть обязана отреагировать и принять меры, обязана надавать на федеральный центр!

    выход из ситуации видим в следующем:
    1. необходимо создать экспертный общественный совет, члены которого будут коллегиально принимать решения по поводу признания "синтетики" наркотическим средством на основе материалов следственных органов и заключений химлабораторий. решения совета должны быть абсолютно открыты для общего обозрения.
    2. внести изменения в законодательство, позволяющие признавать решения данного совета законным фактом в доказательной базе правоохранительных органов.
    3. создать систему реабилитации наркозависимых лиц, в том числе принудительную.
    4. ужесточить наказание для производителей "синтетики", крупных и средних наркоторговцев и ослабить для мелких.

    0
    • Просто_Гречка
      28 октября 2013
       

      Да, возможно мой взгляд чересчур обывательский и предлагаемые меры далеки от совершенства.

      Но это лишь простая реакция простого человека не оставаться в стороне и обратить внимание полиции на какие либо странные обстоятельства. Ведь они сами просят население сообщать о подобных случаях по телефону 21-12-12. Или это относится только к нарко-торговцам, а все остальное им не интересно?

      0
      • Охотник88
        28 октября 2013
         

        Сообщайте, раз в Вашем ближайшем окружении есть наркоманы:).

        Или Вы их покрываете:)?

        0
        • Просто_Гречка
          28 октября 2013
           

          Вы вообще прочитали выше написанное или рандомно в комментариях слова разбрасываете?

          0
  • Ник
    28 октября 2013
     

    как эта дурь прибывает в Якутск?

    думаю сначала крупными партиями сюда завозят и только потом продают через киви и скайп . Надо эти каналы закрыть , надо наркоконтролю России создать сеть по борьбе с этим злом

    0
  • qwerty
    28 октября 2013
     

    у нас на районе по дзержинского, аккурат за зданиями мвд, уже второй год подъезды усыпаны шприцами

    0
  • Peabody
    28 октября 2013
     

    солевая наркомания это страшно

    солевой наркоман очень быстро становится дигродом, от этого наркотика страдает интеллект, после первой же дозы
    это уже не тот человек, которого знали родные
    в отличие от, напр. героинового наркомана, у которого страдает воля, но в остальном он остается тем же человеком
    солевые наркоманы общественно опасны
    белгородский стрелок Помазун расстрелял людей потому что был солевым наркоманом
    вообще много преступлений, в т. ч. тяжких и особо тяжких, совершается солевыми наркоманами

    0
  • алексей
    28 октября 2013
     

    ваша основная проблемма

    в том что у вас молодежи делать нехрена и что вы в большинстве своем сильно озлобленные люди не знаю почему но это так

    0
    • Просто_Гречка
      28 октября 2013
       

      Я даже не хочу думать, с чего возникла Ваша несколько странная позиция - ваша основная проблема.

      0
      • алексей
        28 октября 2013
         

        долго жил и наблюдал

        все это

        0
  • psychofagist
    28 октября 2013
     

    предположу, что настоящие последствия от употребления *****а мы еще не ощутили

    как и любой наркотик, он ведь воздействует на генетическом уровне. к тому же в отличии от того же героина с коноплей это же ядренная химия. так что пройдет время, и когда идиоты курящие ***** нарожают детей, вот тогда мы и удивимся, мол откуда вдруг столько даунов наплодилось? страшное дело, если подумать

    0
    • 123
      28 октября 2013
       

      Везде курят эту смесь, никто не борется.

      0
      • psychofagist
        28 октября 2013
         

        плохо! очень плохо!

        0
        • надо
          28 октября 2013
           

          ганжубас

          леголизовать клин клином

          0
          • Центр середины
            28 октября 2013
             

            Для размышления

            Цитата:
            СОЮЗ НА КОНОПЛЕ
            В действительности богатые люди в Тыве сделали свои капиталы не на китайских тряпках, не на баранах, и даже не на бюджетных «откатах». Здесь богатеют на конопле. Это растение и является тем аргументом против сепаратизма, который железно держит Тиву около Российской Федерации. Ведь далекая республика обеспечивает этим экзотичным товаром всю Россию. Если же по Саянам пройдет государственная граница – объемы сбыта существенно снизятся. На юго-востоке РФ хорошо растет не только «тывинка», но и «амурка». Именно она в случае проблем с пересечением границы «тывинки» займет ее место на рынке. Пока еще северный рынок неограничен, в нем есть место для конопли из разных республик. И объемы зелья, которые идет из Тывы, могут поразить кого угодно. Вот, например, сообщение МВД Красноярского края за 2002 год: «В течение октября – ноября на границе Хакасии и Тывы 93 милиционера приняли участие в операции «Блокпост – Саяны». Впервые за историю России удалось изъять 450 тонн конопли». Такое количество зелья свидетельствует о том, что наркота пересекала границу Тывы организованными автомобильными колоннами. Легкий наркотик из Тывы через Россию странствует дальше на Запад. Игорь Бадра утверждает, что в Нидерландах действует неофициальное представительство республики. Кстати, это опосредствовано несколько лет назад подтвердила тогдашний депутат Совета Федерации от Тывы Людмила Нарусова: «С коноплей не нужно бороться, тывинцы собирают ее, потому что им нужно кормить детей. Нужно узаконить ее сбор, но поставлять в страны, где она разрешена. Например, в Голландию. Тыва в результате получит значительный источник прибыли». Снизу пирамиды конопляного бизнеса – преимущественно дети пастухов. Это они собирают шишечки иа пыльцу, потому что малых не посадишь за решетку. Об этом в Тыве говорят откровенно. А вот кто на следующих ярусах пирамиды – тайна.
            http://voprosik.net/russkie-v-tuve/

            Мысли вслух:
            1. Все тайное становится явным.
            2. Если тайное уже не тайна, зачем лицемерить?
            3. Что лучше легальный натуральный чистый продукт, употребление которого не наносит существенного вреда здоровью (не более, чем курение сигарет и употребление алкогольных напитков), а его производство и реализация приносит колоссальные налоги в госбюджет
            или
            "теневой" синтетический продукт с неизвестной химической формулой, употребление которого наносит существенный вред здоровью, а его производство и распространение приносит колоссальные убытки для государства?
            4. Почему во многих цивилизованных странах оборот анаши легализован, а в России предпочитают торговать из "под полы"?
            Цитата:
            Страны, в которых легализованы наркотики. Справка
            Глобальная комиссия по наркотической политике, в состав которой, в том числе, входят бывшие и действующие высокопоставленные представители ООН, в июне 2011 года рекомендовала странам экспериментировать с правовым регулированием некоторых видов наркотиков, допустимых к возможной легализации, в целях борьбы с наркотрафиком.
            Куст марихуаны
            © РИА Новости. Лариса Саенко
            Глобальная комиссия по наркотической политике, в состав которой, в том числе, входят бывшие и действующие высокопоставленные представители ООН, в июне 2011 года рекомендовала странам экспериментировать с правовым регулированием некоторых видов наркотиков, допустимых к возможной легализации, в целях борьбы с наркотрафиком.

            Ниже приводится информация по государствам, где в той или иной мере легализованы некоторые виды наркотиков.

            Австралия

            Законодательство в отношении применения марихуаны значительно отличается в разных штатах. В Западной Австралии разрешено хранение и частное использование небольшого количества марихуаны (до 2 растений, за превышение - штраф), в Австралийской столичной территории разрешено хранение до 25 г (за превышение - штраф), в Южной Австралии, Новом Южном Уэльсе и Тасмании хранение гашиша также считается нарушением достаточно несерьезным.

            Аргентина

            В августе 2009 года Верховный суд Аргентины исключил из списка уголовно наказуемых статью за хранение марихуаны в небольших размерах. Ранее употребление и хранение марихуаны и сигарет с ее содержанием каралось в Аргентине лишением свободы до двух лет.

            Бельгия

            В 1998 году было принято решение причислить марихуану к слабым наркотикам и свести преследование ее потребителей до минимума. В 2003 году парламент принял закон о легализации слабых наркотиков.

            На практике использование марихуаны совершеннолетними гражданами страны является одним из самых незначительных нарушений с точки зрения полиции. Однако потребитель марихуаны будет преследоваться по закону, если в результате он нарушит общественный порядок. Запрещено курение в общественных местах, хранение более 3 грамм или продажа. Разрешено применение каннабиса (конопли) в медицинских целях.

            Великобритания

            В июле 2002 года было принято решение о переводе марихуаны из класса B в класс С. Это означает, что обладание небольшими количествами конопли и её производных не будет считаться преступлением. Тем не менее, полиция оставила за собой право арестовывать потребляющих марихуану в "тяжелых" случаях, таких, как курение конопли в присутствии детей.

            Германия

            Потребление медицинского каннабиса является законным, хранение небольших количеств трактуется по-разному в разных федеральных землях. В большинстве случаев владение менее 5 г марихуаны не преследуется. С ноября 2007 года некоторые пациенты начали получать в виде исключения разрешение на использование медицинской марихуаны из местных органов здравоохранения.

            Канада

            В 2001 году было разрешено курение марихуаны в медицинских целях. В стране можно легально выращивать и курить коноплю, правда для этого курящий должен получить заключение врача о том, что он серьезно болен и специальное разрешение правительственных органов.

            Разрешение выдается неизлечимо больным, страдающим различными формами онкологических заболеваний, СПИДом, артритом и рассеянным склерозом.

            Мексика

            С августа 2009 года законодательно разрешены хранение и транспортировка 2 граммов опия, 50 миллиграммов героина, 5 граммов марихуаны, 500 миллиграммов кокаина, 40 милиграммов метамфитаминов и 0,015 миллиграммов ЛСД.

            Уголовному преследованию будут подвергаться только те лица, у которых обнаружены наркотики, превышающие установленные нормы. В отношении людей, которые были задержаны с наркотиками для "личного пользования", но не превышающие установленные законом нормы будут приниматься меры профилактического характера. В частности, им будет предлагаться добровольное и бесплатное лечение от наркотической зависимости.

            Нидерланды

            Одна из немногих стран, где наркотики официально разделяются на "легкие" и "тяжелые".

            Хранение "легких" наркотиков в объеме не более 30 г не преследуется законом, любые же операции с "тяжелыми" наркотиками сурово караются.

            В крупных городах Нидерландов, таких как Амстердам, Роттердам, Гаага, Утрехт и других, открыты кофешопы, имеющие официальное разрешение на продажу марихуаны, галлюциногенных грибов и прочих легких наркотиков. Организация лицензированных кофешопов была призвана оградить потребителей легких наркотиков от наркоманов, зависимых от тяжелых наркотиков.

            США

            В США Федеральное правительство не признает никаких законных оснований для использования марихуаны. При этом с 1996 года Аляска, Калифорния, Колорадо, Гавайи, Мэн, Невада, Орегон и Вашингтон приняли законы, разрешающие использование марихуаны в качестве лечебного средства. В некоторых штатах США (Мэриленд, Нью-Мексико, Род-Айленд, Вермонт) это разрешено с различными оговорками. Национальный институт здравоохранения США также в своих рекомендациях рекомендовал использование каннабиса при некоторых заболеваниях.

            Чехия

            С 1 января 2010 года вступило в силу правительственное распоряжение, регулирующее хранение "небольшого количества наркотиков". В Чехии теперь разрешено иметь при себе или хранить до 15 граммов марихуаны, 5 граммов гашиша, 1,5 грамма героина, один грамм кокаина, 2 грамма первитина.

            Швейцария

            На прошедшем в ноябре 2008 года референдуме 68% швейцарцев, пришедших на избирательные участки, проголосовали за то, чтобы наркоманам официально продавали героин по рецептам. Параллельно с голосованием по так называемой "героиновой программе" на референдум вынесли вопрос о легализации марихуаны. Однако только 36,8% швейцарцев поддержали эту идею, оставив, таким образом, ситуацию без изменений.

            В таких странах как Люксембург, Испания, Португалия и Ямайка конопля также является законной. В частично самоуправляемом Свободном городе Христиания, географически находящимся внутри города Копенгагена (Дания), конопля и гашиш также легко доступны и не запрещены законами Христиании, хоть и запрещены датским законодательством.

            Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников
            РИА Новости http://ria.ru/spravka/20110603/383694171.html#ixzz2j0o6GOXE

            5. Может хватит заниматься самообманом и попробовать решить проблему с пользой для населения и государства?

            0
            • синтетика опасная штука
              28 октября 2013
               

              её специально завозят сюда

              самый хороший вариант это частично разрешить употребление, культивацию и прдажу только местного продукта, у нас в республике. от туристов отбоя не будет, наше сельское хозяйство будет примером всему миру, потомучто это кормовая культура. синтетике которая уничтожает население будет дан серьёзный отпор, это и лекарства и производство пеньки ,(каната карабельного) которая россия закупает зарубежом, снижение пьянства ,налоги, короче одни только плюсы.

              0
              • Охотник88
                28 октября 2013
                 

                Будущий наркобарон:)?

                0
                • ну
                  28 октября 2013
                   

                  это

                  один из вариантов , вы тоже предлогайте. как дальше жить.

                  0
                  • iwannaknow
                    28 октября 2013
                     

                    Судя по двум сегодняшним топам про эту тему, все, что может предложить охотник

                    это избить какого-то барыгу и потом ходить по судам, а после этого говорить, мол, пускай соответствующие органы с наркотиками борются. А если вы недовольны их работой - идите работать в ГНК сами. Дуболом есть дуболом :)

                    0
                    • мне вот
                      28 октября 2013
                       

                      интересно

                      охотник на кого охотиться? он же вроде исламист

                      0
                      • goodtraffiks74
                        28 октября 2013
                         

                        легалайз

                        Мощный доход государству. Реализация через аптечные сети. Супернаименьший вред будущему поколению. Если всё будет продолжаться как есть, то в скором будущем уже невозможно будет говорить о здоровой нации. ***** сейчас повсюду. Школьники только тем и занимаются что его долбят. Играют мля в агентов, по сети договорился, закинул бабки в терминал, тайник-закладник и супермощный но супертупойкайф.

                        0
                        • знакомая
                          28 октября 2013
                           

                          в 03

                          работает, я у нее спросил как-то, про клиентов, во время весеннего гололеда ну переломы инин думал, так она говорит спа.йс.шики самые основные клиенты.

                          0
                    • Охотник88
                      28 октября 2013
                       

                      iwannaknow кого и когда я избил и по судам ходил:)?

                      0
                      • iwannaknow
                        28 октября 2013
                         

                        Какой-то серый тут писал про ваши приключения, как вы избили наркобарыгу, а он потом по судам вас таскал. Уже потерли.

                        0
                        • Охотник88
                          29 октября 2013
                           

                          Мало ли что пишут:).

                          Не знаю, не помню и даже не был:).

                          0
            • iwannaknow
              29 октября 2013
               

              Ну, на нет и суда нет.

              Если вы действительно этого не делали, значит, вы чуть-чуть умнее, чем я думал.

              0
              • Охотник88
                29 октября 2013
                 

                В стране дураков умных априори нет:).

                Все умные это евреи:).

                0
            • Просто_Гречка
              29 октября 2013
               

              Легалайз у нас вряд ли прокатит. При нынешнем менталитете он примет весьма гротескную форму.

              0
              • Северу
                30 октября 2013
                 

                "нынешний менталитет" присущ только северной части России и то не всему

                и то, в основном, коренному населению.
                Так что, серьезных препятствий не видим.

                0
  • К-Б
    28 октября 2013
     

    Впервые нюхательный табак увидел в Средней Азии в начале 90-х. Даже не знал что это такое.

    На ядовито-зеленое кашище было похоже. Сказали, что его употребляют только древние старики, чтобы жизнь как-то походила на нормальный. То есть, она была нужна им только для того, чтобы забыть о существовании многих своих болячек. А что молодняк нашел в этом не понимаю...Лучше бы уж пиво, раз так.

    0
  • Джо82
    28 октября 2013
     

    читаем тут про сп.а.йс и не только

    0
  • offen
    28 октября 2013
     

    если что...звоните...


    Скрытый текст
    image

    0
    • Сотрудник ГИМС
      29 октября 2013
       

      любители покурить

      Любители покурить прочно обосновались в системе ГИМС откуда ушёл Охотник , используют их в основном как лжесвидетелей.

      0
  • дима
    29 октября 2013
     

    так то подумайте почему их не ловят?? кто их крыша??

    не совневаюсь что в этом сами и наши прав ох орг и раб...

    0
  • 1
    29 октября 2013
     

    в одной из песен Питерской команды Krec (Ассаи) уже в 2004-2005г.г.

    есть строки:"Соль меня пленила..."

    Эта дрянь под названием "соль" видать и до нас докатилась...

    0
  • Nikvikt
    30 октября 2013
     

    Эту дрянь одними силами полиции не одолеть

    Надо всем миром подниматься

    0
    • да
      30 октября 2013
       

      да

      0
  • Northerner
    30 октября 2013
     

    Заходbм в google. Набираем ***** - Якутск.

    1) http://*****/id190928193 - с телефоном продавца. Почему ФСКН не может позвонить под видом покупателя и хлопнуть его? Вот именно отсюда идёт и недоверие к структурам, которые должны ограждать население от этой гадости.

    0
    • 1111111
      30 октября 2013
       

      потому что законом они не включены в список наркотиков...

      0
  • работает?
    30 октября 2013
     

    ФСКН знаете как

    сами дают объяву в инете, мол нужен ***** - звони. нарик через киви оплачивает и его на закладке принимают. самое интересное что не сразу , а через несколько раз. и когда на банку везут она показывает не ***** легальный а анашу. значит в наркологии тоже мутят. менты типо борятся с нариками, а не с барыгами. с барыгами легальных смесей может только братва бороться. но менты не дадут потому что это их хлеб.

    0
    • 111222222
      30 октября 2013
       

      не смеши мои тапки

      братки тоже плотно сидят на этой дряни...

      0
      • goodtraffiks74
        31 октября 2013
         

        знал бы не утверждал бы

        Есть воровской прогон по стране не курить с.п.а.йс, и те кто плотно из братков сидит на этой дури те занимаются мышинной вознёй. Чё за хер не зная говорить о чём то. Героинщики тоже не приветствуются в блатном мире. Там тоже сидят вполне себе разумные люди. Только жизнь у них не так пошла как у вас.

        0
    • goodtraffiks74
      31 октября 2013
       

      +100пицот!

      0
  • перевернут
    30 октября 2013
     

    ну тем более

    кто курит ради дури , кто нет то ради бабла!))))

    0
  • скиф1
    31 октября 2013
     

    Один день из жизни точки по продаже spaisа



    "...Это вы Путину рассказывайте или министру здравоохранения, которые такие распоряжения отдают – никого не госпитализировать. Куда вы нам предлагаете его везти? Нам не дадут места на госпитализацию, потому что есть приказ – даже после обморока, после эпилептического припадка в больницы не забирать..."


    Марина Ахмедова
    23 октября 2013


    – Это, скорее всего, пушер, так и будет на нас смотреть, пока мы не уйдем, – Денис кивает на круглолицего мужчину, который ест бургер за столиком напротив. Продолжает прерванную тему:

    – Хаффман, когда синтезировал дживиаш, не предполагал, как тот будет использоваться. Предполагалось использование его в качестве анальгетика, но дальше выяснилось, что, при малейшем изменении синтеза реакции, будут появляться вещества, большая часть которых токсична… супертоксична. Если совсем просто, то *****ы приводят к смерти.


    – Денис – химик по первому образованию, – поясняет Мария, придавая словам мужа больший вес.

    – Но, кажется, *****ы везде рекламируются как безопасные курительные смеси… – говорю я.

    – Ложь! Страшная ложь! – возражает Мария.

    – И за эту ложь гореть им в аду, – добавляет Денис. – Все малотоксичные *****ы у нас почему-то попали под запрет сразу, а супертоксичные – только начинают запрещаться, хотя синтезированы уже давно. Белгородский стрелок, убийца священника… – приглушенно перечисляет он.

    – Когда человек не имеет психиатрического диагноза, и вдруг внезапно сходит с ума, и совершает агрессивные действия, – начинает Мария.

    – И вдруг внезапно у него повсюду: «Сотона! Сотона!», – усмехается Денис, – и он начинает стрелять в ад, а мать выбрасывает из окна своих детей… Ни на какие мысли не наводит?

    У Марии кожа на пальцах уплотнена. Под буграми – вещество, которое организм не сумел вывести до конца. Они – муж и жена, сами бывшие курители смесей. Обещают мне путешествие в ад. Обещают стать моими проводниками туда. И я соглашаюсь, хотя моя первая мысль – у них паранойя.


    Мифы

    – Раньше такое было возможно только при наличии шизофрении или маниакально депрессивного психоза, – продолжает Денис. – Но у матери, убившей детей, нет ни того, ни другого. Хотя ее признали невменяемой на момент совершения преступления. Как так? Невменяемость есть, а причины нет?

    – Это – оно, – тихо подтверждает Мария. – Когда мы зайдем в адское место, ты сама увидишь, как меняются лица и походка людей.

    – Вокруг этого вещества ходит много неправды, – говорит Денис, – и такое ощущение, что она вбрасывается в общество специально. Пункт первый: это легалайз. Пункт второй: производится в лабораториях Китая. Все – неправда. Иллюзия, что *****ы безопасны. В них находится одно из самых опасных веществ. А варятся они кустарно в России.

    – ФСКН активно поддерживает эти мифы, говоря: «Они все время меняют формулу. Мы запрещаем одно, но тут же появляется другое. Мы ничего не можем сделать». Кто эти таинственные «они»? Кто?

    Мы встаем. Темный взгляд провожает нас. Денис говорит, что у «них» таджики, продающие *****, – расходный материал. Чаще таджики погибают, но некоторым в своем «служении Сотоне» все же удается перейти на новый, более высокий уровень.


    Ты смотришь на все это и понимаешь, что все – ад. Созданный только для того, чтобы ты в нем горел. У матери, по себе знаю, появляется чувство безнадежности перед этим миром, и выкристаллизовывается четкое понимание, что единственный способ – это убить своих детей, чтобы избавить их от страданий, а потом убить себя



    Пластмассовые манекены в париках выстроены шеренгой у одноэтажного пассажа. Дует ветер, шевеля дешевые ткани их юбок и синтетические волокна волос. У них под ногами надписи на асфальте: «***** форум», адрес сайта и трафарет из нескольких ромбов, похожих на пчелиные соты. Такие же надписи разбросаны по всей площадке, примыкающей к метро. Кое-где они закрашены полосками синей краски.

    – Сейчас снова будем красить, – говорит Денис, глядя под ноги манекенов. – Надо сходить к машине. У нас там обмундирование – рюкзачок с масляной краской. Плюс бейсбольная бита, потому что замазывать – очень небезопасно. Гораздо больше шансов, что распространитель, увидев, как я уничтожаю его надписи, нападет на меня, чем обычный прохожий нападет на распространителя, увидев, как тот уничтожает его детей. Пока перевес сил в их сторону.

    – В сторону Сотоны? – уточняю я.

    – Со-то-ны, – вздыхает Денис. – Мы долго пытались подобрать слово, подходящее для того состояния, которое переживаешь, когда действие вещества заканчивается. Мы обозначили его, как ужас с демонической окраской.

    – Ты смотришь на все это и понимаешь, что все – ад, – говорит Мария, оглядываясь вокруг. – Созданный только для того, чтобы ты в нем горел. У матери, по себе знаю, появляется чувство безнадежности перед этим миром, и выкристаллизовывается четкое понимание, что единственный способ – это убить своих детей, чтобы избавить их от страданий, а потом убить себя… Когда я закрашиваю рекламу *****ов, прохожие иногда шушукаются: «Зачем это ей?» А недавно ребята молодые подошли: «Можно вопрос? Вы – конкуренты или борцы?» Отвечаю: «Борцы». Спрашивают: «А что вами движет?» Отвечаю: «У меня есть дети». Просто у меня есть дети, – повторяет Мария.


    Желтый человек

    – Боже, дай мне разум и душевный покой принять то, что я не в силах изменить. Мужество – изменить то, что могу. И мудрость – отличить одно от другого, – обнявшись, шепотом произносят Мария и Денис.

    На подступах к адскому месту муж с женой расстаются. Ленин на Площади Ильича встречает нас надменно – с заложенными за спину руками и задранным вверх подбородком. Рядом на невысоком постаменте сидят трое в спортивных штанах. Идем по дорожке мимо газона, где растут оранжевые бархотки и рассредоточены группки мужчин. В центре газона торчит крест. Под ним лежит по пояс голый, желтый человек.

    – Через день-два на перевозке уедет, – выдавливает Денис через нос. – Он уже почти труп. Посмотри на его кожу – слишком желтая. И это не загар, это мочевина. У него уже не работают почки…

    Я окидываю взглядом всю территорию сквера, примыкающего к Ленину. Сегодня воскресенье. Собравшиеся тут молодые мужчины и подростки похожи на людей, извлеченных из постели по срочной нужде, но еще не до конца проснувшихся. За невысокую металлическую ограду, отделяющую дорожку от газона, заткнуты пустые пачки сигарет, банки из-под пива, на рейку аккуратно поставлен пластиковый стакан с мутным томатным соком. За газоном – темная площадка, скрытая кронами деревьев, а за ней – железный забор, перегораживающий выход на железнодорожную платформу. Под деревьями – скопление небольших группок. Земля под их ногами вытоптана. За ограждением виднеются голубые рубашки двух полицейских. Под деревом на боку, выкинув перед собой желтую руку, лежит еще один человек. Острые носки немытых туфель втыкаются в твердую землю.

    – Н-не н-надо к н-нему подходить… – шепотом высвистывает Денис.

    Человек приподнимает голову, открывает глаза, осматривает пространство с таким омерзением в глазах, словно пространство для него – только муть, боль и рвота. Снова падает головой в землю.

    – У него абстиненция, – одними губами произносит Денис. – Ему сейчас плохо… А че, барыги-то были? – обращаясь к одному из собравшихся, он раскачивается, словно стоит на палубе корабля.

    Обернувшись, мужчины отрицательно качают головой.

    – А че, когда будут?

    – Через час приходи.

    – М-м-м, – мычит и одновременно стонет Денис, закинув голову. – М-м-м…


    Видишь, он высыпает смесь на банку… поджигает… сейчас сделает глубокий вдох… Если мы здесь останемся, ты весь день сможешь наблюдать этот процесс


    Медленно передвигаемся к забору, ведущему на платформу. Под кустом, уткнув красное лицо в жестяную банку, сидит подросток с редкими рыжими волосами. Ветер шевелит их. Рядом в траве прыгают, настороженно перекликаясь, молодые дрозды. Денис встает к подростку спиной, разворачивая меня лицом к нему.

    – Делай вид, что смотришь на меня, – цедит он. – А я буду делать вид, что втыкаюсь в пространство. Видишь, он высыпает смесь на банку… поджигает… сейчас сделает глубокий вдох… Если мы здесь останемся, ты весь день сможешь наблюдать этот процесс.

    – А они здесь проводят весь день?

    – По сути, да… Поводок-то – короткий. Какой смысл уходить, если через час снова надо?

    – А зимой?

    – А зимой они холода не чувствуют… Скоро к забору подойдет таджик, отдаст с той стороны пакеты, чтоб с этой не сцапали, и убежит.

    – Так ведь полицейские с той стороны стоят.

    – С той стороны они стоят, чтоб безбилетников, а не барыг ловить.

    У самого забора – сырей и темней, но земля и тут обильней усыпана пакетиками ядовито-фиолетового цвета.

    – Простите, – тихо зову я.

    Полицейские приближаются к решетчатому забору. Из-под глухо надвинутого капюшона мне хорошо видны только их ноги. На одном – старые туфли с вытянутыми носами и поперечными трещинами, в трещинах собралась пыль.

    – Простите… Вы же знаете, что те люди – наркоманы? – спрашиваю я.

    – Знаем, – отвечает тот, который в старых туфлях. – И что?

    – А почему вы с этим ничего не делаете?

    – Об этом в территориальном отделе спрашивайте…

    Я поднимаю голову. Это сказал молодой полицейский с рыжим лицом.

    – Нам тоже неприятно на это смотреть, – шепелявит другой, ему лет пятьдесят. – Кому ж приятно смотреть на людей, которые себя уничтожают. Они – молодые, они не понимают, они бестолковые, хоть и совершеннолетние. Но и то правда, что в восемнадцать лет все равно бестолковые они. Все равно что зацепщики, которые у нас тут катаются на поездах. И погибают.

    – Отойди от них, – цедит со стороны Денис, – запалимся…


    «Они едут за нами»

    За спинами полицейских – коробка неработающего завода «Серп и молот», облицованная бледно-розовыми квадратами. За нашими спинами – проезжая часть, где под мостом проносятся машины. Не спеша возвращаемся той же дорожкой. Нам на встречу выходит немолодой человек. На нем джинсы, широкие раструбы которых стали колом, и свитер в катышках.

    – О, Рустам! – радуется Денис, засовывает руку в карман, вынимает деньги и отсчитывает бумажки, еще сильнее раскачиваясь взад-вперед перед смуглым лицом Рустама, сломанном морщинами. Протягивает ему несколько сотенных бумажек.

    – Короче, там выход на платформу «Красногвардейской», – Рустам наклоняется к уху Дениса. Тот делает тупо-настороженное лицо и приседает, внимательно слушая. – Короче, за «Спецодеждой», – договаривает Рустам и, сунув деньги в карман, быстро уходит.

    – Он работает охранником, – говорит Денис. – У него семья – старая мать, жена и больной ребенок. Тратить зарплату на наркотики принципиально не может. Поэтому зарабатывает их как доставала – тому сходит принесет, другому новую точку сдаст.

    – И он здесь каждый день? – спрашиваю я.

    – Ну да… Поводок-то крепко держит. Это – болезнь. Давай представим, что у него диабет и что он ходит сюда за инсулином, только добыча инсулина еще и преследуется по закону.


    Справа машину поджимает зеленая девятка. Из окна высовывается круглое азиатское лицо, смеется. За ним сидит еще кто-то. Наша машина уходит вперед и под мост.

    – Кажется, они едут за нами, – оборачивается назад Мария.

    – Масечка, не очкуй, – успокаивает ее Денис. – Сейчас не девяностые.

    – Я не очкую, – отвечает Мария. – Но все банально – у нас двое детей.

    – Умоются, – Денис прибавляет скорость. – Слишком большие деньги, – поворачивается ко мне. – Один пушер на кармане выносит в толпу пакетиков на пятьдесят тысяч рублей. Пакетик-то – тоненький. Одна тарочка – пятьсот рублей, две – тысяча. Теперь смотри, пушер возвращается обратно и сдает верхнему пятьдесят штук. В норме они на адском месте с интервалом в двадцать минут появляются. В день не меньше полутора миллионов оборот. А себестоимость одного пакетика – шесть рублей, это вместе с варкой и сырьем.

    – А кто верхние? Можно их увидеть?

    – Марин, не дай бог… Они, если серьезная заваруха, на кайенах разбираться приезжают. Но и они – не самые верхние.


    Это была свобода, счастье и… полное бесчувствие. Ты ничего не чувствуешь на *****ах, даже того, как они тебя убивают


    – А кто самый верхний?

    – Лучше не знать. Слишком большие деньги… Подъезжать нужно по-наглому, как удолбыш, который ни от кого не прячется. Подъехал, вышел, купил, – говорит Денис, тормозя машину на другой стороне платформы, перед въездом в тоннель.

    Заводская проходная выглядит заброшенной, но у нее толпятся молодые мужчины в спортивных штанах. Денис враскачку направляется прямо туда. Идя, он улыбается и дотрагивается до груди кончиками пальцев, словно придерживает рукой свое наружное сердце. Здесь стоит затхлый запах старых деревьев. Стволы тополей выкрашены известкой. Мимо в тоннель заходят машины, автобусы. И тут, и там ядовито поблескивают фиолетовые пакетики. Перед нами – насыпь. Под ней сложены доски. На них сидит человек в кожаной куртке, положив голову на колени. Я тихо прохожу мимо. Человек не шевелится. Поднимаюсь по насыпи, под стволом дерева, которое собиралось упасть, но уткнулось верхушкой в бетонную плиту. Эти серые плиты берут насыпь в полуквадрат, закрывающий выход на платформу. В одной плите – широкая дыра, заделанная металлической решеткой. Сквозь прутья видны рельсы и голубые рубашки милиционеров, прохаживающихся на той стороне. Через это окошко продается *****. Сверху красной краской написано: «Россия, вперед!».

    – А че? – громко спрашивает Денис у собравшихся. – А че, все что ли?!

    – Уже все раздал, – лениво отвечают ему.

    – М-м-м! – стонет Денис, задрав голову и сдавливая рукой грудь. – М-м-м!


    – Они едут за нами, – говорит Мария, когда мы снова выезжаем из тоннеля. – Денис, это точно та машина…

    – Пока на адское место не возвращаемся, – отзывается он. – Съездим на точку, которую нам Рустам сдал. Там торгуют прямо у самого входа в метро. Он сказал там ментов нет. Таджики сейчас страхуются – Таджикистан, конечно, большой, но не бесконечный.

    – Как долго можно жить на *****ах? – спрашиваю я.

    – Все зависит от физических возможностей и изначальных установок конкретного человека, – отвечает Мария. – Если у него деньги есть, то смерть к нему придет быстрее. Когда мы с Денисом курили, возле точек постоянно видели ребят пятнадцати лет: «Тетенька, дай хапочку! Дяденька, ну пожалуйста, дай хапочку!» А уже зима, они голые по пояс, синие, куртки продали.

    – Как долго курили вы?

    – Несколько месяцев… Это была свобода, счастье и… полное бесчувствие. Ты ничего не чувствуешь на *****ах, даже того, как они тебя убивают.


    Топтун

    Ленинская Слобода показывает деревянные постройки прошлого века. Они похожи на избушки, какие обычно стоят на окраинах малых городов. Это – бывшая территория ЗИЛа.

    – Если вы столько знаете о *****ах, то как могли их употреблять? – спрашиваю я.

    – Это великий обман! – отвечают муж и жена. – Мы думали, это то же самое, что продается заграницей, синтетический каннабиноид. Там его можно купить совершенно законно.

    – Мы попались на тот же обман, на какой попадают все, – говорит Мария. – Когда мы поняли, мы ужаснулись, но в нашем случае было еще не поздно. Мы попытались слезть, и получилось. Потому что пользовались недолго.

    – Но к веществу – бешеное привыкание, – говорит Денис, – а дозировка постоянно растет. Количество мозговых клеток сокращается, и я чувствую, как тупею.

    – Нам еще повезло, что мы взрослые люди с высокой степенью социализации, – вставляет Мария. – И нам, в отличие от подростка, есть что терять.

    Мы проезжаем мимо белого лимузина. Сегодня воскресенье, и это не первая свадьба, которую мы встречаем по пути.

    – А зачем людям, которым есть что терять, вообще нужны эти смеси?

    – Ну а почему люди употребляют? – спрашивает в ответ Мария. – Хочется расслабиться, почувствовать праздник.

    – Мне сорок два года, ей – тридцать пять, – говорит Денис. – Мое поколение почти все перестреляли, а ее поколение почти все умерло от наркотиков. Вы знаете, почему у нас в стране демографический кризис? Потому что именно от нас детей нет.

    – Детям вашего поколения сейчас должно быть лет восемнадцать? Примерно столько же тем, кто собирается у Ильича, – говорю я.

    – Да, – задумчиво произносит Мария. – И тех детей, которые все же были рождены нашим поколением, у которого отняли родину и отняли профессию, сейчас добивают наркотиками.


    Человек подползает к нам ближе. Широко разевает рот, со стоном икает, дергает головой. При каждом новом спазме его ребра остро выпирают из-под кожи, а живот так судорожно уходит к спине, что кажется – изо рта сейчас повалятся внутренние органы


    – Я тебя наберу-у-у, – Денис растягивает слова в трубку. – Через полчаса на месте б-буду-у. Магазин там «Тысяча мелочей» знаеш-шь? Вот под ни-и-м. Мне п-парочку, ха-ха. Только сделай, чтоб веса нормальные были… Уморыш прыщавый, – грозно добавляет, повесив трубку. – Гниденыш… Так и хочется сдать его ментам.

    Мария выходит из машины и скрывается в ближайшем магазине. Я перемещаюсь на заднее сиденье, чтобы дилер мог сесть рядом с Денисом. «Па-рам-па-ра-рам», – он стучит пальцами по рулю машины.

    – Почему этот дилер не распространяет товар на Площади Ильича? – спрашиваю, пока ждем.

    – Там его и убьют. Он за пятьсот пакетик продает, а пушеры – по двести пятьдесят. Он же субдилер. На Площадь Ильича много оптовиков приходит. Там веса в пакетиках сумасшедшие – в два-три раза больше, чем у топтунов.

    – Почему в таком случае у топтунов покупают?

    – Потому что в адское место ездить опасно, там же мясорубка. Но рано или поздно, когда деньги заканчиваются, едут туда, а пока деньги есть, покупают у топтунов. Тихо… вон он идет.

    Денис раскидывается в кресле, принимая расслабленный вид. Полную руку ласково кладет на руль.

    – Сашечка, – произносит он, когда дверца машины открывается и внутрь протискивается молодой человек. – А вот с-сестра моя Марина, – представляет топтуну меня. – Ее мужа кумарит, как волка, – дополняет, ударив последний слог.

    Топтун оборачивается, быстро окидывает меня настороженным взглядом. По его торчащим скулам проходит россыпь глубоких прыщей. Руку по-прежнему держит на ручке двери, в любой момент готовый сорваться.

    – Вот он я, – слащавым голосом произносит топтун. – А ты куда делся?

    – Просто сейчас немного в другом месте обитаю, – отвечает Денис, – в другом месте беру. В два раза дешевле, между прочим.

    – Да мне ж… ты знаешь, как соловью…

    – Как сам? – поспешно спрашивает Денис.

    – Та потихоньку… Жду-не дождусь, ког-х-да уже домой из этой Москвы поеду, – гэкает он.

    – А что там, говорят, две ваши точки закрыли?

    – Та я не знаю…

    – Но это же ваши точки? – зачем-то радостно подпрыгивая, смеется Денис.

    – Та я не знаю. Инфой не владею, – топтун снова оборачивается на меня. Он берет с панели тысячу рублей, кладет на ее место два фиолетовых пакетика и выходит.

    – Сколько мы за это можем получить? – спрашиваю Дениса, взвешивая на ладони пакетики.

    – На лет шесть потянет.

    Разрываю пакетики. В нос бьет запах растворителя. Перевернув, встряхиваю. На сухой асфальт сыплется желтая травяная крошка. Ветер разносит ее по крупицам. К горке пристает сухой лист. Если его измельчить, получится та же смесь.

    – Они, видимо, покупают обычную аптечную траву и на нее сажают вещество, – говорит Денис, а ветер ворошит горку, постепенно распространяя крошку травы по асфальту.

    – Вон они! Вон они – зеленая девятка! – Мария бьет ногтем в машинное стекло, показывая на девятку, в третий раз за день равняющуюся с нами.

    – Нас пасут слегка, – нехотя признает Денис. – Это нижние, это самые нижние. Надо решить, что мы сейчас будем делать… Ты можешь не светить диктофон вообще? – спрашивает, повернувшись ко мне. – Сейчас мы спрячем машину, – решает он. – Сходим туда пешком, быстро затаримся и уйдем. Дорогая, ты ждешь в машине, – обращается он к жене.


    «Не госпитализируем»

    Под вывесками «Ростикс» и «Елки-Палки» напротив входа в метро, опираясь руками в асфальт, на коленках, по-обезьяньи ползает по пояс голый человек. На нем только длинные шорты и резиновые тапочки. Кожа покрыта черно-желтым налетом.

    – Не советую, – спокойно говорит Денис, когда я достаю из сумки телефон. – Его не возьмут. Отсюда не берут никого…

    – Здравствуйте, – говорю в трубку. – Я сейчас нахожусь у платформы «Серп и Молот». Тут плохо человеку. Вы не могли бы срочно приехать?

    – Так уж и быть, – вздыхает Денис, – скажи, что он умирает.

    – Он умирает. Да, это в направлении Площади Ильича… Сколько ему лет, я не знаю. С виду – пятьдесят…

    Человек подползает к нам ближе. Широко разевает рот, со стоном икает, дергает головой. При каждом новом спазме его ребра остро выпирают из-под кожи, а живот так судорожно уходит к спине, что кажется – изо рта сейчас повалятся внутренние органы.

    – У него отказывают легкие, – комментирует Денис. – Не хватает воздуха. Он сейчас переживает панику и ужас. Если бы у него было ружье, он бы начал стрелять в ад, как белгородский стрелок.

    Люди спускаются в метро. Немногочисленные охранники за нашей спиной охраняют входы в магазины.

    – Тю-ю, клиент не выпимши, клиент покуримши, – вздыхает рядом с нами женщина с желтым баннером на обширной груди. На баннере реклама салона красоты. В нижней его части красными буквами написано: «Все для вас».

    Полуголый человек поднимается на ноги, хватается обеими руками за мраморный бордюр, отгораживающий спуск в метро. Держится цепко, прудя ногами. Втыкается в мрамор лбом, с усилием поднимает голову, опускает снова – и так много раз. По лестнице поднимаются люди. По лестнице спускаются люди.

    – Та здесь пол-Москвы таких, – продолжает женщина. – Что ни день вот так тут помирают. От передозировки. Вот вчера тоже один. А сколько тут школьников или студентов, – она быстро обрывает фразы и часто поправляет баннер на груди. – Я их уже различаю, – дополняет она. – Если желтый, то не жилец.

    Из перехода звучит церковный псалом. Какой-то человек поет там внизу. Голос его надувается силой замкнутого пространства и выходит из-под земли на длинном эхе, стирающем начало и окончания слов. Поэтому слова кажутся знакомыми, но остаются неузнанными. Рядом – очередь в биотуалет.


    Это вы Путину рассказывайте или министру здравоохранения, которые такие распоряжения отдают – никого не госпитализировать. Куда вы нам предлагаете его везти? Нам не дадут места на госпитализацию, потому что есть приказ – даже после обморока, после эпилептического припадка в больницы не забирать


    Руки человека съезжают по мраморной плите. Локтями он поддерживает себя за спину. Его локти медленно едут назад, приподнимаются. Лопатки крупно выпирают на худой спине. Кажется, лопатки вот-вот прорвут кожу, высунуться наружу крыльями, и человек слетит в переход вниз – на голос.

    Скорая, сверкая на солнце белыми боками, медленно въезжает на площадку.

    – Так это не к нему! – говорит женщина с баннером. – Та это, наверно, кому-то из людей плохо стало. А этим никто не вызывает. Та толку мало. Этим не скорую, а ближе к ночи перевозку зовут.

    – Не подходи к ним, – тихо предупреждает Денис. – Если за нами следят, твою благотворительную миссию не поймут и не оценят.

    Из белой машины выходит молодой врач в белом халате. За ним – средних лет женщина. Мужчина несет в руках желтую папку. Он приближается к человеку. Отлипнув лбом от плиты, тот смотрит на него боком, выпускает мраморный край, падает на четвереньки и ползет в сторону адского места. Врачи не спеша идут за ним, словно сопровождая туда. Из перехода вылетает вопль – певец почему-то раздражен, а, может, нервничает. От того, что человек к нему не слетел? Или от того, что мало подают? Призывы его становятся настойчивыми, но слышно – он уже не верит в силу своего голоса.

    – Подождите, – догоняю врачей. – Куда вы его гоните? Вы должны ему помочь, а не запихивать обратно туда, откуда он выполз.

    – Вы его знаете? – обращается ко мне женщина-врач с нарисованными черным глазами.

    – Нет, не знаю.

    – Тогда идите своей дорогой.

    – Я вас вызывала для того, чтобы вы его забрали в больницу.

    – Если он вам так нужен, забирайте его к себе домой.

    – Не надо, пожалуйста, со мной так разговаривать. Просто выполните свой врачебный долг. Вы прекрасно видите, что он умирает от передозировки.

    – Это вы Путину рассказывайте или министру здравоохранения, которые такие распоряжения отдают – никого не госпитализировать, – потише говорит она. Черные стрелки, обводящие ее верхнее и нижнее веки, вступают в сильный контраст с голубой радужкой глаз. – Куда вы нам предлагаете его везти? Нам не дадут места на госпитализацию, потому что есть приказ – даже после обморока, после эпилептического припадка в больницы не забирать.

    – И нам рекомендуют неукоснительно выполнять этот приказ, – говорит молодой врач. – Мы не служба опеки.

    – Но вы же знаете, что служба опеки его не возьмет, – говорю я.

    – Смешной вы человек, – из белой машины грузно вываливается пожилой водитель. Он стучит кулаком себе по макушке. – Ну, придумали: «Бомжа-наркомана в больницу заберите». Вам самой-то не смешно?

    – Как тебя зовут?! Как?! – молодой врач преграждает ползущему дорогу.

    – Свиридов Олег… – заплетаясь языком, отвечает тот.

    – Сколько тебе лет?!

    – Двадцать восемь…

    Я встаю рядом с врачом. Тот подносит ватку, смоченную нашатырем, к носу Свиридова Олега. Олег поднимает голову. Я по привычке улыбаюсь. Его лицо в тот же миг растягивается улыбкой – такой же неискренней, как моя. Я перестаю улыбаться, и так же быстро улыбка слетает с лица Олега. Певец внизу, под нами впадает в истерику: голосом делает последний рывок перед тем, как придется признать поражение – Свиридов Олег к нему не слетит. А Олег в это время на карачках ползет к адскому месту, за которым через решетку наблюдают два полицейских. Мы вчетвером – я, два врача и водитель скорой – молча смотрим ему вслед.

    – Он там умрет, – негромко подытоживаю я.

    – Давайте по-честному, – так же негромко произносит женщина-врач, – он все равно умрет. Это и грустно, и смешно. Нас каждый день вызывают на такие случаи, и мы ничего не можем сделать. Пробовали… Не принимают.

    – А зимой что они будут делать?

    – Вот и мы думаем, – задумчиво отвечает она, – а что они будут делать зимой? Перемрут… – она сбрасывает с глаз Свиридова Олега.

    Певец, очнувшись от религиозного экстаза, смолкает.


    Хвост

    У палатки с водой стоит Денис. Пухлыми пальцами трет уголки покрасневших глаз.

    – Мне его жалко, – сдавленно говорит он. Выдерживает паузу. – А теперь к делу. Только не оборачивайся. Нас пасут. Сзади тебя стоит один в кепке. А сбоку – второй. Не смотри на них… Идем к машине, не оборачиваясь, – он берет меня под руку и ведет, больно сжимая локоть. – Шустро, шустро…

    – Подождите! – за спиной раздается женский оклик. Тяжело дыша и поправляя на груди баннер, подбегает женщина. – Дайте руку, – она тянет свою и жмет мою, сильно встряхивая. – Спасибо за попытку, – поясняет.

    – Нам надо срочно менять диспозицию, – говорит Денис, плюхаясь на сиденье в машине.

    – Почему его не забрали? – спрашивает Мария, наблюдавшая из машины.

    – Недостоин, – бросает в ее сторону Денис. – Придумали новый способ чистить нацию. Отказывать в помощи наркоманам, алкоголикам и бомжам – это очень круто, – он оборачивается, и они с женой смотрят друг на друга. Я понимаю, что они без слов хотят сказать друг другу: «На месте Свиридова Олега могли бы быть мы». – Нас уже по-серьезному ведут, – деловым тоном продолжает Денис. – Мы легко отмахнемся от хвоста, но на адское место, Марин, я уже настоятельно не рекомендую.

    – Хорошо, – я берусь за ручку двери. – Я сама пройдусь и через пять минут вернусь.


    К тебе тихо подойдут и так же тихо воткнут в спину шило, аккуратненько посадят на газон, прислонив к дереву. На лицо надвинут твой капюшон, и все будут думать – обычная наркоманка. А к ночи подъедет скорая и зафиксирует смерть от внутреннего кровоизлияния


    – Очень не рекомендую, – по-кошачьи мягко отзывается Денис, перегибается через меня и захлопывает дверцу. – Выгляни в окно. Видишь, ни одного мента нет. А знаешь, почему? Они их оттуда убрали. На помощь тебе никто не придет.

    – Со стороны метро это место и памятник хорошо видны. Еще светло. Я могу пройтись, как обычный прохожий.

    – Да, но ты уже наследила. И когда ты зайдешь в мертвую зону, туда, где тень, тебя отсюда уже не будет видно. К тебе тихо подойдут и так же тихо воткнут в спину шило, аккуратненько посадят на газон, прислонив к дереву. На лицо надвинут твой капюшон, и все будут думать – обычная наркоманка. А к ночи подъедет скорая и зафиксирует смерть от внутреннего кровоизлияния… О-о-о, девяточка зашевелилась, – мимо по дороге проносится девятка и быстро ныряет в сторону. – Так… Там уже сзади не таджикская молодежь сидит, а тот в кепочке, которого я тебе показывал. Там сзади – взрослые русские дяди. Этим ничего не стоит пробить номера машины и подстеречь в подъезде… Тогда идем ва-банк. Лучший способ защиты – это нападение.

    – Показать им, что мы ни х… не боимся? – нервно спрашивает Мария.

    – Машунь, – Денис вынимает из кармана паспорт и права, отдает жене, – рискуем крепко. Я тебе оставляю документы. Садись за руль и никому не открывай. Твоя скорая, Марин, была нам совсем не в кассу. Какой наркоман будет другому наркоману скорую вызывать?


    «Этот, наверное, труп»

    На плечах Ленина – чернокрылые птицы. Закат отсюда в часе пути. В стороне под деревьями толпятся люди, сейчас их раза в три больше, чем днем. Походка Дениса становится разболтанной. Его качает. Мы заходим под деревья. Сейчас здесь человек сто мужчин разного возраста. На нас оборачиваются.

    – Кто мою с-сеструху на два пакетика кинул?! – ревет Денис. – Кто?!

    На нас безучастно смотрят. Некоторые пожимают плечами.

    – Вот – моя с-сестра! – продолжает кричать Денис. – Ее мужа кумарит, как волк-а-а!

    – Че, возьми по пятьсот тогда, – приближается к нам высокий молодой человек и оглядывает нас с Денисом равнодушными глазами.

    – Не бери, – говорит другой, которому на вид лет шестнадцать. – Не бери за пятьсот, это фигня. Сейчас по двести пятьдесят вынесут. Только что выносили. Разобрали все. Я тоже не успел.

    – Не успел? – радостно переспрашивает Денис. – Гы-гы-гы, а я сейчас тут весь парк заблюю.

    – А че раньше не пришли? – спрашивает его парень.

    – То менты пасутся, то… Кха-кха, – Денис перегибается, схватившись рукой за живот. Открывает рот в спазме. – Кха-а-а…

    Оборачивается таджик, до этого стоявший к нам спиной. Из его улыбки выглядывает золотой зуб. Пространство разрывает пронзительный гудок приближающейся электрички.

    – К д-дереву, – цедит Денис, подтягивая меня. – Быстро к дереву…

    Он ставит меня к ближайшему дереву спиной. Сам встает тоже спиной к другому боку ствола и, согнувшись в три погибели, ревет: «А-а-а! Арг-х-а-а-а!»

    – Упх, уп-ху, – сплевывает, не выпуская мою руку.

    Проходит электричка, земля передает ее дрожь стволу. Над головой птица свистит глухо, как из глубокого затхлого дупла.

    – Стой, не сходи с места, – шепотом произносит Денис. – По крайней мере, так мы не подставляем спину, и нам не нужно постоянно оглядываться… Вон тот, видишь, молодой, который за пятьсот предлагал. Он видит, что меня кумарит, и не сводит с меня глаз, надеясь продать. *****… Я б тебе при случае нос сломал. Паразитирует на паразитах.

    – У тебя хорошо получается притворяться, – говорю я.

    – Это была реальная рвота – от напряжения… Тут видела, как молодые наркоманы проявляют солидарность? Он мне сказал – не бери за пятьсот, там фигня. У него поводок уже укорачивается, его время подходит, он это чувствует, и проявляет жалость к другим – таким же… Уа-а-а! – снова перегибается Денис.

    – Ну, давай за пятьсот, – зло цедит голубоглазый, подходя близко к нам.

    – Сказано – нет! – отвечаю я, и он, еще раз злобно зыркнув, отходит.

    – Ему очень нужны наши пятьсот рублей, – шепчет Денис.

    В нескольких метрах от дерева, под которым мы стоим, лежит человек без обуви. Его ноги соединены в пятках и далеко разведены в носках. Руки сложены на животе.

    – Этот, наверное, труп, – говорит Денис, перехватив мой взгляд. – Близко к нему не подходи… Ты не представляешь, что происходит с телом в тот момент, когда начинается прием. Сердце останавливается, кровь теряет свои свойства, и оно не может ее качать. Отек легких. Отказывают почки… Ну что ж, – окидывает он взглядом лежащего, – Сотона собирает свою жатву.

    – Мне странно, что все это происходит в центре Москвы, недалеко от входа в метро, – говорю я, и стоит мне подать голос, как из-под моих ног взлетает дрозд, прятавшийся под стволом, и, перелетев короткую дистанцию, садится на куст волчьей ягоды. Здесь до залысин вытоптана трава, сюда не проникает свет. Здесь каждый одаривает каждого тревожным выжидающим взглядом. Здесь только птицы ничего не боятся, и когда очередная выпрыгивает у меня из-под ног с визгом, мне начинает казаться – черные птицы и есть верхние, ближайшие слуги Сотоны.

    Солнце сбрасывает последние лучи, выбивает оранжевую махровость из цветов, но тут, на лысом пригорке, где в этот самый момент происходит естественный отбор современной цивилизации, светлее не становится. Спины собравшихся одновременно и сгорблены, и напряжены – они готовы покорно ждать, сколько придется, но и в ту же секунду сорваться, как только за решеткой мелькнет фиолетовый пакетик.

    Трубит новая электричка. Ее гудок веревкой цепляется за макушки деревьев и за лысую голову Ленина и долго пронзительно тянет за собой, словно хочет вырвать это место из тела Москвы и утянуть по железнодорожному полотну.

    – Мы слишком долго ждем, – говорит Денис. – Они давно должны были вынести… Сначала на место каждые двадцать минут заходят два аудитора – смотрят, все ли безопасно, дают сигнал, тогда появляется таджик.

    – Они – аудиторы – сейчас здесь?

    – Не знаю. Они не светятся. Выглядят, как обычные прохожие. Боюсь, что причина такой длительной задержки – это мы…

    – То есть нас заметили и решили не выносить товар?

    – Скорее всего, так. Слишком долго не выносят. Но, может, они просто держат паузу, ждут, пока соберется достаточно народу, чтобы пушер пришел, сразу все раздал и быстро ушел.


    За забором происходит оживление. Пространство меняется – люди в едином порыве срываются с мест и звериным бегом несутся к забору. Они выпрыгивают из-за кустов, из-за деревьев. Их много, в два раза больше, чем я думала. Срывается с места и Денис, утягивая меня за собой. Смешавшись с толпой, мы бежим. Добежавшие первыми повисают на прутьях забора, забираются по ним вверх, протягивают в щели руки. Они похожи на зверей зоопарка, которым долго не выносили еду.

    – А теперь представь, – успевает процедить мне в ухо Денис, – что в этой толпе тебе придется искать своего ребенка.

    – Порожняк, – оттесняют нас назад подростки с опухшими лицами. – Никого нет.

    – Короче, все из-за нас, – шепчет Денис. – Быстро к дереву, оттуда – к машине и валим. Будь готова – нам сейчас придется совершить пробежку.

    Дорогу нам преграждают люди из зеленой девятки. Спиной я, за час привыкшая чувствовать древесную кору, теперь чувствую пустоту. Двое смотрят на нас, улыбаются. Руки держат в карманах. Я снимаю капюшон. Потная рука Дениса напрягается.

    – Нам пора, – говорит он.

    Мы поворачиваемся и медленно сходим с лысого пятака. Оборачиваюсь. Двое пока не трогаются с места. Миновав крест, мы почти бежим. Я снова оборачиваюсь. Двое не спеша идут за нами.

    – Это верхние? – спрашиваю Дениса.

    – Вряд ли. Но и не самые нижние. Не стоило нам недооценивать их. Короче, пока мы отсюда не свалим, они товар не вынесут.

    Захлопываем за собой дверцы машины. Трогаемся. Медленно выруливает все та же девятка.

    – Мы сейчас от них оторвемся, но придется менять номера, – говорит Денис, и, пока машина медленно едет мимо газона, мимо креста и белой тумбы, на которой написано «От Москвы две версты», картинка меняется. Кажется, стоило нам сесть в машину, пристегнуть ремни, как адское место исчезло, уехало прицепом к последней электричке. Остался только Ленин, надменно смотрящий вдаль.

    – Есть один очень простой способ решить проблему наркомании, – говорит Денис. – Надо начать относиться к наркоманам, как к нашим детям, которые чем-то заболели. И все.

    0
    • Житель улицы Гольменко
      31 октября 2013
       

      постоянно что то курят говорят

      Живу много лет по улицы Гольменко, работала в ГИМС, сейчас хожу в ГИМС и и постоянно слышу какой то запах вечером, говорят, что якобы какую то ерунду варят курят какой то гена и думручаев. вонь ужасная!

      0
      • Рыбнадзор
        31 октября 2013
         

        В гимсе торчков много.

        0
        • Бывший сотрудник ГИМС
          31 октября 2013
           

          торчков много

          Торчков много это точно,их там держат специально. они безропотно исполняют всё что им скажут. вообщем торчат в своё удовольствие.

          0
  • скиф1
    10 ноября 2013
     

    один знакомый позвонил грит посоветуй какого нить шамана

    На вопрос ответил что начал гнить заживо. Оказалось что у него нет никакого иммунитета. Типа спида. Сидел на *****е несколько месяцев. Виделся с ним весной тогда еще был нормальным человеком. Щаз уже ногти стали выпадать.

    0
    • GribKloker
      11 ноября 2013
       

      Эта китайская синтетика не то что бы главная проблема,она уже давно захлестнула Страну как эпидемия.

      Надо заметить именно Россию.

      0
      • GribKloker
        11 ноября 2013
         

        Если не смогут урегулировать ситуацию,а скорей всего уже не смогут.

        Есть одно из возможных решений выбрать из двух зол меньшее,продавать в аптеках легально Гашиш в пределах допустимой нормы конечно.Нет ну если у кого то есть предложения получше озвучивайте.

        0
        • GribKloker
          11 ноября 2013
           

          Потому что это не что иное,как Супер Оружие 21 Века направленное точечным ударам на уничтожение России

          Изымут хоть самолет итоги года сколько конференций,а они Вам 3 самолета этого *** НАТЕ!!!!

          0
      • скиф1
        11 ноября 2013
         

        вот это настоящее оружие порабощения

        Себестоимость супернизкая. Поэтому доходность высочайшая и всякие подлецы без совести и морали занимаются распространением этого яда.

        Люди судя по рассказам знакомого подсаживаются всего за несколько приемов и удержаться не могут. Деградация начинается сразу. Иммунитет исчезает за несколько месяцев.


        http://forum.ykt.ru/viewmsg.jsp?id=25902243&sword=%D0%90%D0%B4%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B5%20%D0%BC%D0%B5%D1%81%D1%82%D0%BE

        0
      • скиф1
        11 ноября 2013
         

        вот это настоящее оружие порабощения

        Себестоимость супернизкая. Поэтому доходность высочайшая и всякие подлецы без совести и морали занимаются распространением этого яда.

        Люди судя по рассказам знакомого подсаживаются всего за несколько приемов и удержаться не могут. Деградация начинается сразу. Иммунитет исчезает за несколько месяцев.

        Медики и полицейские отказываются заниматься ими!


        Мой знакомый умный и добрый человек щас похож на прокаженного. Рассказывает, что на этой гадости сидят очень много обеспеченных людей. Бедные просто не могут себе это позволить.



        0
        • Каиргали
          11 ноября 2013
           

          Был бы умный не сел бы на эту беду.

          Нужно требовать полного запрета подобных смесей для курения априори, а не гоняться за модификациями.

          0
          • Каиргали
            11 ноября 2013
             

            Для этого быстродейственного оружия была подготовлена почва

            с помощью других наркотиков и в первую очередь табака и алкоголя.
            Алкоголь и табак держат почву во взрыхлённом состоянии. Без табака не было бы массового умения курить. А алкоголь расслабляет, а точнее ослабляет общество и оно не может действенно противостоять общественно опасным явлениям и веществам.

            0
            • Каиргали
              11 ноября 2013
               

              Не следует обманным предложениям поддаваться,

              дескать, некие наркотики нужно разрешать для избежания других, де, более опасных.
              Вот и додержали в свободе алкоголь и табак.
              Нужен жёсткий сухой закон в отношении всех наркотиков, в том числе и алкоголя и табака.

              В Китае сто лет назад с опием была такая же ситуация как у нас алкоголем и табаком вместе взятым. И только жёсткая политическая позиция позволила им справиться тогда с этой бедой.
              Но сейчас с помощью алкоголя и табака им готовят новое испытание.
              Но у них уровень потребления алкоголя на душу в три-четыре раза меньше чем у нас, во всяком случае - пока.

              0
  • tirbege3
    11 ноября 2013
     

    Борьба

    с алкоголем и табаком ничему хорошему не приведет.Горбачев тоже боролся.А с наркоманией надо вести беспощадную борьбу.За распространение наркотиков наказывать надо пожизненным заключением.

    0
    • GribKloker
      11 ноября 2013
       

      И все равно проблема от этого не решится.

      0
      • Каиргали
        11 ноября 2013
         

        Да, потому что, в его варианте, не решается проблема с основными наркотиками - алкоголем и табаком.

        0
    • Каиргали
      11 ноября 2013
       

      Алкоголь и табак это фундаментальные наркотики, специфические наркотики

      без кардинального решения в их отношении никаких проблем в отношении других наркотиков не решить.

      0
Авторизуйтесь, чтобы комментировать
Ваши данные будут надежно защищены и не будут переданы третьим лицам
Обратная связь